Национальное самоопределение кряшен: история и современность

Раис Сулейманов

 23 ноября 2012 года в столице Татарстана прошло заседание Казанского экспертного клуба Российского института стратегических исследований(РИСИ) на тему «Национальное самоопределение кряшен: история и современность», прошедшее в формате научной конференции. Мероприятие было организовано Приволжским центром региональных и этнорелигиозных исследований РИСИ и было посвящено памяти известного кряшенского историка Максима Глухова (1937-2003), которому исполнилось бы в этот день 75 лет.

В своем вступительном слове об отце его сын Владислав Глухов сказал, что Максим Степанович всю свою жизнь, работая историком, редактором, книгоиздателем, вузовским преподавателем, посвятил борьбе кряшен за свое национальное и религиозное самоопределение. «Отец всегда был православным державником, именно поэтому ему было так нелегко в Татарстане», — заметил сын кряшенского ученого, добавив, что Глухов-старший подходил к национальным проблемам не с точки зрения национализма, а со стороны духовности. Наследие Максима Глухова в деле популяризации национальной культуры кряшенского народа, его самобытности и его самоопределения пока до конца не изучено и не осмыслено. Написанные им книги до сих пор хранятся на книжной полке почти в каждой кряшенской семье как те, что формируют православное самосознание кряшен.

Открывая работу конференции, руководитель Приволжского центра региональных и этнорелигиозных исследований РИСИ Раис Сулейманов отметил, что «кряшенский вопрос» в Татарстане до сих пор не обсуждался как проблема национального самоопределения кряшен в качестве самостоятельного православного тюркского этноса, численность которого составляет 300 тысяч человек в России (250 тысяч из них проживает на территории Татарстана – цифра, озвученная спикером Госсовета РТ Фаридом Мухаметшиным в 2009 году во время посещения им кряшенского праздника). Зафиксированные во Всесоюзной переписи населения 1926 года как отдельный этнос, кряшены в дальнейшем были лишены такого права, поскольку был провозглашен курс на создание единой татарской нации, где кряшенам отводилась роль субконфессиональной группы. Все последующие советские переписи кряшен записывали в качестве татар. Эта ситуация продолжилась и в постсоветском Татарстане, где попытки кряшен самоопределиться, опираясь на 26-ю статью российской Конституции, предоставляющую каждому гражданину самому определять свою национальность, встретили резкое противодействие со стороны местной этнократической элиты, провозгласившей в итоге ко второй половине 2000-х годов курс на исламизацию татар. Откровенная травля в отношении кряшен проходила в период всероссийских переписей 2002 и 2010 годов, где благодаря федеральному центру им удалось получить возможность записывать себя в переписных листах как кряшены. Именно тогда подконтрольные Казанскому Кремлю татарские национал-сепаратисты не только принялись оскорблять православные религиозные чувства кряшен, называя последних «пособниками Ивана Грозного» и «живым напоминанием о временах православной инквизиции», но всем административным давлением им было запрещено записываться во время переписей как кряшены. Можно было записываться как татары. Кряшенам отводилась роль быть «аппендиксом татарской нации» (кличка, которой публично обозвал кряшен татарский журналист Рафис Земдихан и которая стала весьма популярной в националистических татарских кругах в качестве презрительного обозначения кряшен).

 

«Апогеем кряшнофобии стала печально известная конференция „Единство татарской нации“, организованная Академией наук Татарстана и прошедшая в июне 2002 года как раз накануне Всероссийской переписи населения того года, когда кряшен путем административного давления заставили записываться в татары», — отметил Раис Сулейманов.

Председатель Совета ветеранов кряшенского движения, кандидат исторических наук Аркадий Фокин выступил с докладом «Кряшены как объект национальной политики». По его словам, кряшены – это единственный народ в России, который имеет два этнических статуса: в период правления Бориса Ельцина нагайбаки, являющиеся исторически сословной частью кряшен, проживающие на Урале, получили статус «малочисленного коренного народа», а кряшены в Татарстане, где их больше всего в России, имеют положение субконфессиональной группы в составе татарского этноса. Столь приниженный статус, который кряшенам предоставили власти Татарстана и нежелание последних позволять кряшенам национально самоопределяться, обосновывается якобы страхами региональной этнократии, что численность татар тогда в Татарстане сократиться на 250 тысяч человек, соответственно, в процентном соотношении татар в Татарстане будет не 52%, как сейчас, а меньше половины населения. Тогда по логике этнократов, у федерального центра будут основания для ликвидации Татарстана как национально-административного субъекта.

По мнению Фокина, такие страхи необоснованны. 34 тысячи ненцев в России дали самоназвания трем национальным округам, где они составляют около 6% от всего населения этих регионов. В Бурятии, Адыгеи, Карелии и Еврейской автономной области титульного этноса меньше половины от всего населения субъекта, однако федеральный центр не предлагает их ликвидировать. Спекулируя на том, что если кряшенам позволить записываться в отдельный этнос, то численность татар уменьшиться в Татарстане, и тогда республику ликвидируют, не подтверждается всеми остальными примерами других национальных республик.

 

«В Татарстане наиболее откровенная травля кряшен проводилась во время переписи населения в 2002 году, когда в подконтрольных Казанскому Кремлю изданиях буквально поливали грязью кряшен и их право на национальное самоопределение, потому что местные власти живут по принципу: нет народа – нет проблем», — считает Фокин. По его словам, наличие Общественной организации кряшен Татарстана как единственно признаваемой властями национальной организации кряшен нужно только для того, чтобы «кряшены окончательно деградировали и в дальнейшем слились с татарами-мусульманами». Беспрецедентным случаем назвал ветеран кряшенского движения ситуацию вокруг кряшенского села Налим Заинского района Татарстана, когда собранные его жителями деньги на постройку православной церкви были потрачены районным начальством на благоустройство мусульманского кладбища в соседней татарской деревне.

13 октября 2001 года на республиканской кряшенской конференции была принята Декларация о самоопределении кряшен как этноса. Однако региональные власти сделали все, чтобы не дать ее реализовать на практике. Активно старался татарский националист Фандас Сафиуллин, тогда работавший депутатом Госдумы России.«С моей подачи мы устроили шум и в Госсовете Татарстана, и в Госдуме России по поводу попыток дать кряшенам записываться отдельным этносом», — привел Аркадий Фокин откровенные слова экс-депутата. В дальнейшем началась страшная кампания шельмования кряшен. «Перепись 2002 года навсегда в коллективной памяти кряшенского народа останется как период апогея кряшенофобии», -  подытожил свое выступление кряшенский лидер.

Руководитель Приволжского центра региональных и этнорелигиозных исследований РИСИ Раис Сулейманов выступил с докладом «Кряшены в постсоветском Татарстане: между татаризацией и исламизацией». Эксперт детально коснулся темы призывов к кряшенам «вернуться в ислам», которые озвучивали как светские татарские национал-сепаратисты, так и националистически настроенное мусульманское духовенство. Иногда подобные призывы находили отклики, как например, с бывшим депутатом Верховного Совета Татарстана Анатолием Васильевым (сейчас он называет себя Тауфик Василов, выступая в роли адвоката имама казанской мечети «Аль-Ихлас» Рустема Сафина, судимого за членство в террористической организации «Хизб-ут-Тахрир»). Весьма показательный случай исламизации кряшен – это лидер банды боевиков из Нурлатского района Татарстана Руслан Спиридонов, кряшен, принявший ислам ваххабитского толка, и объявивший в 2010 году «джихад» России. Не забыли вспомнить лидера одной молодежной кряшенской организации, принявшего ислам, после чего он превратился в «лучшего друга» татарских сепаратистов. «Как видите, опыт показывает, что лучше, когда кряшены будут исповедовать традиционное для них православие», — отметил Сулейманов, добавив, что нередко принятие ислама кряшенами происходит из карьерных соображений. По словам эксперта, традиционный визг национал-историков Татарстана о том, что все кряшены – «это жертвы христианской инквизиции» — при тщательном анализе даже их собственных «научных» трудов вызывает больше вопросов: та же Новокрещенская контора крестила всего несколько тысяч татар, подавляющая часть потомков которых вернулись в ислам в XIX веке. Тогда откуда появились кряшены? Из нескольких тысяч насильственно крещенных целого этноса со своей самобытной культурой, в корне отличающейся от татарско-мусульманской, за 100 лет не получишь. Утверждать, что кряшены – это «результат политики России от Ивана Грозного до Луки Канашевича (казанский епископ, возглавлявший Новокрещенскую контору в XVIII веке. – прим.)» — глупо, хотя бы уже потому, что даже во второй половине XIX века находилось множество кряшенских языческих деревень, что констатировал и просветитель Николай Ильминский (1822-1891), и его ученик Василий Тимофеев (1836-1895). Кряшенский священник Василий Тимофеев даже подвергался наказанию со стороны своих родителей за то, что отказывался как православный совершать языческие обряды. Отношение к кряшенам татарские националисты ярче всего выразили словами журналиста Рафиса Земдихана, который на IV съезде Всемирного форума татарской молодежи (ВФТМ) в 2010 году публично назвал кряшен «аппендиксом татарской нации». Последний V съезд ВФТМ 2012 года даже у совершенно лояльного Казанскому Кремлю Форума кряшенской молодежи ( «ручной» организации кряшен) вызвал возмущение: секции, посвященная религии в жизни татар, была посвящена только исламу. Это вызвало возмущение у Ирины Муллиной – заместителя председателя Форума кряшенской молодежи, которая даже на страницах зацензурированной кряшенской газеты «Туганайлар» вынуждена была сказать: а нам, кряшенам, что делать на татарских мероприятиях, где все только об исламе?

По мнению Раиса Сулейманова, если еще в 1990-е – начале 2000-х годов татарским истеблишментом подчеркивалась идея поликонфессиональной татарской нации(подтверждением этого служит конференция «Единство татарской нации» 2002 года, где даже исламовед Рафик Мухаметшин, тогда еще не занимавший пост ректора Российского исламского университета, старался говорить о поликонфессиональном характере татарского этноса), то сегодня ни на одном татарском мероприятии об этом уже не говорится: татары объявлены моноконфессиональной (мусульманской) нацией. И если пост председателя Всемирного конгресса татар (его ближайший V съезд состоится в Казани 7-9 декабря 2012 года) займет депутат Госсовета Татарстана Фарид Мифтахов, позиционирующий себя как исламский политик, то кряшенам больше вообще нечего делать в рядах татарских национальных организациях. «Я сам татарин-мусульманин, и я вижу как в Татарстане пытаются кряшен „загнать“ в моноконфессиональный татарский этнос, совершенно не понимая, что будущее кряшен только в православии, ибо принявший ислам кряшен, перестает быть кряшеном», — отметил Раис Сулейманов, добавив, что сегодня в Татарстане 26 кряшенских священников (до 1917 года их их было 78 человек, существовали даже кряшенские монастыри). Только в 5 приходах Татарстана служат на церковно-кряшенском языке: с.Большие Аты, Чура, Кряш-Серда, Мелекес и в Казани.

Выступление Раиса Сулейманова вызвало много откликов со стороны пришедших кряшен. Выяснилось, что чиновники Татарстана теперь православный праздник Питрау (Петров день) проводят с участием муллы, а на самом Питрау, который почему-то именуют теперь «кряшенским сабантуем», продаются мусульманская религиозная литература, шамаилы и другая халяльная продукция. Кряшены этим возмущены. «Вы можете представить себе, чтобы на Курбан-байраме перед татарами-мусульманами выступал православный священник наставлениями, а рядом с мечетями продавалась христианская литература и иконы?», — задался вопросом приехавший из Чистополя кряшенский казак Евгений Петухов. Раису Сулейманову пришлось констатировать, что национал-чиновники, организуя Питрау, видимо, сознательно оскорбляют кряшен.

Научный сотрудник Приволжского центра региональных и этнорелигиозных исследований РИСИ Василий Иванов подготовил доклад «Этнорелигиозное самосознание кряшенской молодежи». По словам исследователя, для самоидентификации любого этнического сообщества необходим образ «другого». Если татарские националисты стремятся к демонизации образа русских для укрепления таким образом этнической консолидации татар, то для кряшен как раз татарские националисты становятся таким «другим», через которых идет проецирования собственной идентичности. «Ненавидящие православие татарские сепаратисты Фаузия Байрамова, Айдар Халим и Наиль Набиуллин стали нарицательными персонажами, за ними закрепился образ злодеев в мировоззрении кряшен, их именами пугают детей, возможно, эти фигуры займут в будущем свое место в современном фольклоре кряшен», — делает анализ результатов опросов эксперт. Василий Иванов отметил, что именно из-за христианофобии татарских националистов у кряшенской молодежи сформировалась двойная этническая идентичность: многие молодые кряшены считают себя русскими. Более того, как выяснилось, во время всероссийских переписей населения, когда в отношении кряшен была травля, а их принуждали записываться в «татары», значительная часть кряшенской молодежи записывалась русскими. Раис Сулейманов добавил, что именно этим объясняется небольшой рост численности русских в Татарстане между переписями 2002 и 2010 годов на 8 тысяч с небольшим человек: в 2002 году в республике проживал 1 млн. 492 тыс. 602 русских, в 2010 году их стало 1 млн. 501 тыс. 369 человек. «Молодые кряшены, не желая записываться в татары, записываются русскими», — подтвердил Василий Иванов точку зрения своего коллеги.

Теолог Сергей Кульпинов выступил с докладом о духовном образовании кряшен и проблемах подготовки кадров кряшенского духовенства в Казанской семинарии. По словам ученого, в Казанской духовной семинарии нет специального миссионерского отделения, где бы готовили кряшенское духовенство, для чего необходимо было бы ввести практику преподавания церковно-кряшенского языка. Те пять приходов Татарстана, где ведется богослужение на национальном языке кряшен, существуют во многом благодаря личному энтузиазму их священников, которые самостоятельно обучились этой языковой традиции.

о.Алексей (Колчерин), докторант Общецерковной аспирантуры и докторантуры имени святых равноапостольных Кирилла и Мефодия, кандидат богословия, отметил, что история изучения христианства среди кряшен также способствует религиозному и национальному самоопределению кряшен. «Вне православия кряшен теряет свою этническую идентичность», — отметил кряшенский священнослужитель. Он рассказал, что сейчас очень активно идет изучение наследия Николая Ильминского, сыгравшего огромную роль в подготовке кряшенского духовенства.

Владимир Уланов остановился на антропологическом происхождении кряшенского этноса, отметив, что среди кряшен 60% являются европеоидами, 32% — сублапланоиды и 8% — монголоиды.

Научный сотрудник Института татарской энциклопедии Академии наук Республики Татарстан Дамир Васильев рассказал о связях между румами (татароязычными греками современной Украины) и кряшенами. Также ученый разоблачил попытки объяснять этноним «кряшен» от русского слова «крещенный». По-татарски крещенный будет «чукынган», поэтому странно, что самоназвание кряшен пытаются связать только с их религиозным вероисповеданием.

Подводя итог работы Казанского экспертного клуба РИСИ, его модератор Раис Сулейманов отметил, что кряшенский вопрос в Татарстане сводится к одной проблеме – к праву православного тюркского этноса кряшен на национальное и религиозное самоопределение.«Подобно тому, как для татар их традиционной религией является ислам, так и для кряшен такой религией является православие», — подвел итог мероприятию эксперт.

Источник: http://www.kazan-center.ru/osnovnye-razdely/16/332/